Так начиналась война
История №1
19 июня 1941 г, наш полк, ведя подготовку к окружным тактическим учениям, готовил оборону недалеко от немецкой границы в районе г. Кречига. Вечером весь командный состав полков был вызван в штаб дивизии, где начальник разведки доложил, что немцы силой до одного корпуса в нашем направлении собираются ночью форсировать Неман, нарушив этим границу, и что, якобы, эти сведения получены от перебежчиков. После получения указаний полк продолжал готовить оборону. Утром 20 июня был дан отбой и объявлено, что тревога была ложной.
Полк и вся дивизия были отведены от границы и расположились в лесу. Солдаты бетонировали дзоты укрепрайона. Стояли жаркие дни лета. Жизнь шла нормально.
22 июня, 4 часа утра, немцы открыли по нашему лагерю мощный артиллерийский огонь и сильно бомбили с воздуха. Полки броском по тревоге заняли незаконченную накануне линию обороны. Немцы пытались перейти границу, но были потоплены в Немане. Часть немецких танков где-то смогла перейти границу и оказалась против моего взвода полковой школы 328 полка.
Полк оставил перед этим всю свою артиллерию на марше, в районе Шауляя, а пехота была переброшена на машинах к границе. Совершенно случайно мы взяли с собой на машины взвода одну 45 мм пушку. Неоценимую услугу оказала она нам. Расположив ее за камышовыми зарослями и бетонируемым дзотом, артиллеристы вели огонь по танкам противника. Один за другим горели танки. 3 танка потеряли ход.
Танкисты противника пытались выйти из них, но тут же расстреливались метким пулеметным и ружейным огнем. А пушка вела уже огонь с фланга по прорвавшимся бронемашинам. Немцы прекратили огонь. Полетели рамы — «Фоке-Вульф», и началась артподготовка второй раз 22 июня.
Главный удар был по нашей пушке. Весь расчет ее был уничтожен, но пушка уцелела. Я прополз в лес с донесением в штаб полка. Встретил командира минометного взвода полковой школы т. Смосаренко. Это был спокойный и храбрый товарищ. Спросил, почему не воюет. Оказалось, что у него нет мин. Я попросил его вывести свой взвод к пушке и заменить погибших товарищей. Минометчики стали артиллеристами. 53 человека минометчиков взвода т. Смосаренко погибло и было ранено за три дня у нашей пушки. Невредимым остался сам Смосаренко. К сожалению, кроме него я не знаю фамилий этих героев, но они героически вели артогонь по противнику, по его танкам. Не знаю, жив ли теперь Смосаренко, славный и неизвестный командир минометчиков, учитель по образованию.
В перерывах между боями мы пропускали через свою оборону гражданское население. Помню, ко мне в окоп, а он был у дороги, прыгнула с повозки красивая девушка-литовка. Она со слезами обняла меня, заплакала, спросила, не страшно ли нам, попрощалась и пошла в тыл.
Тяжело было пропускать гражданское население. Немцы немедленно использовали такую обстановку, открывая огонь по нашим позициям. Мы же не могли отвечать ему тем же, так как на нас двигались толпы эвакуирующихся. Мы еще не привыкли видеть убитых. Каждая убитая женщина вызывала ярость против немцев.
Так началась война, потом тяжелое отступление с боями. Это было 20 лет назад, но все помнится очень ярко. Этого нельзя забыть ради того, чтобы оно не повторилось.
Е. БАТЕНЧУК,
участник Великой
Отечественной войны.
